О борот «гибридная война России» в последнее время регулярно используется западными СМИ. В некоторых специализированных изданиях дополнительно применяется термин «доктрина Герасимова». Смысл этих понятий и их происхождение объясняет статья бывшего профессора прикладных системных наук и члена Института технологий интеллектуальных систем (Instituts für Technik Intelligenter Systeme, ITIS ) при университете бундесвера в Мюнхене (Германия), доктора Райнера К. ХУБЕРА (Reiner K. HUBER).

«ИнВоен Info» интересно мнение читателя, поэтому заранее благодарим за Ваши комментарии

.

В официальных оценках официальные эксперты очень быстро объединились в том, что начало марта [2018 г. ] стало знаменательно хакерскими атаками на сети передачи данных правительства Федеративной Республики и других государств, прежде всего Скандинавии и Восточной Европы, вероятно, контролируемых Кремлем. Если бы это подтвердилось, это было бы еще одним подтверждением того, что путинская Россия уже давно ведет стратегическую информационную войну против Запада. Хочет ли Москва вернуть утерянные после краха Советского Союза сферы влияния через гибридные войны? Или она стремится к «Евразийскому союзу от Владивостока до Лиссабона», как оно представляется ультраконсервативным кремлевским консультантом Александром Дугиным?

В отношении термина «ведение гибридной войны»

Термин «ведение гибридной войны» впервые появляется в 2007 г. в статье Фрэнка ХОФФМАНА (Frank H OFFMAN ). В нем бывший офицер корпуса морской пехоты ВМС США описывает аналитическую концепцию объяснения успехов, которые сравнительно слабые военные противники — негосударственные участники, такие как талибы или «Аль-Каиды» — могли бы достичь против численно и технологически значительно превосходящих их ВС США.

Ф. Хоффман приходит к заключению, что ведение гибридной войны является скоординированным использованием военных и невоенных средств, которые на основном поле боя (основном поле сражения) достигают синергии в физическом и психологическом измерениях конфликта (Фрэнк Хофманн: «Конфликт в XXI веке: Рост гибридных войн» – Conflict in the 21 st Century: The Rise of Hybrid Wars , — Арлингтон, В. А.: Институт политических исследований Потомака, 2007 г.). Наряду с «ведением гибридной войны» существуют другие термины, такой как «асимметричная война», рожденный Аль-Каидой в контексте нападений на Нью-Йорк и Вашингтон 11 сентября 2001 г.

В военно-научных журналах России западная дискуссия относительно идей Ф.Хоффмана о гибридной войне первоначально была отвергнута. Но это изменилось, когда ученые на Западе попытались найти в русской военной литературе намек на концепцию успешной аннексии Крыма. При этом, они наткнулись на статью начальника Генерального штаба ВС России Валерия ГЕРАСИМОВА от 2013 г. Хотя в ней термин «гибридная война» не упомянут, позже В. Герасимов был авансирован «отцом концепции гибридной войны» (Мария Снеговая: «Путинская информационная война в Украине: советское происхождение гибридной войны России» – Putin’s information war in Ukraine: Soviet origins of Russia’s hybrid warfare , — Институт исследования войны, Россия Доклад №1, сентябрь 2015 г).


НГШ ВС России генерал армии Валерий ГЕРАСИМОВ

Концепция «ведения гибридной войны», как это было применено в Украине, упоминается на Западе, как пример использования средств государственной власти ниже военного порога. Рассматривается как средство, с помощью которого Россия пытается достичь стратегических целей российской ревизионистской внешней политики. К этим средствам относятся кибер-операции, а также информационные и пропагандистские кампании, которые проводятся международным телевизионным новостным каналом «Россия сегодня» (Russia Today ) и его агентами. К ним относятся также финансовая и идеологическая поддержка правых или левых популистских движений и партии, особенно в социальных СМИ соответствующих целевых стран.

Доктрина Герасимова

Упомянутая статья В. Герасимова основывается на речи, которую он произнес в январе 2013 г. перед офицерами Российской Академии Военных Наук. Это было провокационное обращение к военному истеблишменту. В. Герасимов сообщил инновационные военные соображения в качестве необходимого условия для дальнейшей модернизации российских Вооруженных Сил. Он сослался на китайского генерала и военного стратега Сунь-цзы (ранее 496 г. до н.э.), который провозгласил девиз: «Лучшая стратегия — покорить врага без боя». Теперь это стало необходимой формой ведения войны — привычные правила войны изменились.


Политические цели в настоящее время могут достигаться не только обычной огневой мощью, но и путем «широкого использования дезинформации, политических, экономических, гуманитарных и других невоенных мер, которые применяются во взаимосвязи с протестным потенциалом [враждебно настроенного] населения». Эти идеи получили реализацию в концепции «нового поколения русской войны», получившей на Западе наименование «доктрина Герасимова» (Gerassimow-Doktrin ). Американский политолог Молли МакКЬЮ (Molly McK EW ) так иронически комментирует тезисы Герасимова: «Лучше, расколоть общество врага, чем атаковать его в лоб «. (Politico Magazin , сентябрь / октябрь 2017 г/).


Достаточно поздно на Западе независимым экспертам и наблюдателям НАТО стало ясно, что Россия ведет войну на Украине в соответствии с правилами этой доктрины. Кремль освещал конфликт между пророссийскими силами и ультранационалисты в Украине, начиная с протестов в Киеве против президента Януковича. Таким образом, был получен предлог для присоединения Крыма и начала войны на востоке Украины.

Русские обоснования, в обоих случаях речь идет о демократическом праве на самоопределение местного населения, подхватили пророссийские сепаратисты в регионе. При этом, возникли — и до сих пор проводятся — кибер-операции по отслеживанию обстановки, по целенаправленному влиянию на политическое руководство в Украине и на население. Кибер-операции должны приводить к саботажу и дестабилизировать Украину, а также другие государства, в том числе страны Балтии.

Фазы нового поколения русской войны

Основываясь на дневники русской кампании в Украине — Янис БЕРЗИНЬШ (Janis B ER ZINS ), директор Центра по вопросам безопасности и стратегических исследований (Center for Security and Strategic Research, СSSR ) при национальной академии обороны Латвии, одним из первых на Западе представил общедоступное описание доктрины Герасимова.


В нем он идентифицировал восемь фаз, в каждой из которых необходимо достигать установленных целей. На каждой фазе основывается следующий этап, поэтому она является обязательной предпосылкой для успеха очередной фазы. В первых пяти некинетических фазах представлены только невоенные средства и методы, в последних трех (кинетических) только этапы и методы с использованием оружия. Однако, в пяти некинетических фазах определены военные средства запугивания противника в виде ложных атак с воздуха, временных военных учений и крупных маневров вблизи границ территории противника из Восточной Европы и стран Балтии.

  • Фаза 1. Создание благоприятных политических, экономических и военных условий для внутренней дестабилизации через идеологические, дипломатические и экономические операции, а также дезинформационные действия и методы психологической войны.
  • Фаза 2. Введение в заблуждение политического и военного руководства противника через распространение ошибочных данных по дипломатическим каналам, СМИ, а в дальнейшем через собственное правительство и свои ВС.
  • Фаза 3. Акции, которые приводят к тому, что правительственные чиновники и должностные лица противника покидают свои посты, будучи запуганными, обманутыми или подкупленными.
  • Фаза 4. Нарастание недовольства населения путем активизации «пятой колонны», проникновение боевых групп и усиление подрывных действий.
  • Фаза 5. Подготовка военных действий, в ходе которой в атакуемой стране создаются разного рода проблемы и забрасываются отдельные боевые группы (зеленые человечки), которые взаимодействуют с вооруженной оппозицией.
  • Фаза 6. Начало военных действий после тщательной разведки и подрывной деятельности. Все (российские) войска, включая специальные силы, должны занять свои позиции.
  • Фаза 7. Уничтожение основных сил обороны противника скоординированными действиями всех сил, включая ведение электронной войны.
  • Фаза 8. Разгром оставшихся очагов сопротивления и уничтожение сопротивляющихся частей путем проведения специальных операций.

Хотя с российской точки зрения аннексия Крым в марте 2014 г. успешно завершилась в фазе 5, атака поддерживаемых Россией сепаратистов на Донбассе при сопротивлении ВС Украины застряла в фазе 6. Подписанные в феврале 2015 г. канцлером ФРГ Ангелой МЕРКЕЛЬ, президентами Франции Франсуа ОЛЛАНДОМ, Украины Петром ПОРОШЕНКО и России Владимиром ПУТИНЫМ и направленные на деэскалацию и восстановление мира Минские соглашения пока мало изменили конфронтацию между ВСУ и силами сепаратистов.


За прошедшие четыре года конфликт на востоке Украины стоил более 10 тыс. человеческих жизней. Являющееся частью Минских соглашений оговоренное наблюдение за прекращением огня в регионе провалилось, поскольку ни одна из сторон не выполнила требуемых шагов. В настоящее время также не видно прогресса в так называемом Минском процессе. Поскольку указанные в Минских соглашениях договоренности формально Россию ни к чему не обязывают, нельзя исключать, что Путин, при удобной для него международной ситуации, не реактивирует фазу 6 и — если Украина раньше не сдастся — запустит фазы 7 и 8, чтобы аннексировать Донбасс, а затем также присоединить остальную Украину.

Вывод

Это «новое поколение русской войны» размывает границу между войной и миром, как это наблюдалось при аннексии Крыма. Испытывает ли Россия кибер-атаками государства западного мира, их готовность и способность реагировать на подобные гибридные стратегии? Если согласиться с этим, тогда Россия находится на пути к новому конфликту — в надежде, что его можно выиграть без применения военной силы. Уже вырывание, например, государства из рядов стран Балтии было бы большим успехом для России на пути к описанной несколько лет назад «Новой России».

Если бы Запад и государства НАТО смогли бы сплоченно и своевременно отреагировать хотя бы на один «тестовый конфликт» России, проведенный согласно доктрине Герасимова. Однако, это усложняется тем, что ключевое доказательство, что на ранних стадиях конфликта кибер-атаки управляются из Кремля, вряд ли могут быть получены. В результате, политическую поддержку для эффективного ответа в настоящее время получить нелегко. Именно это является калькуляцией нового поколения русской войны.

По материалам журнала «Europäische Sicherheit &Technik »

В последнее время Россия нападает на Соединенные Штаты с самых разных позиций, зачастую противоречащих друг другу. Российские боты поддерживали президентскую кампанию Трампа, однако когда он стал президентом, прокремлевские СМИ начали изображать его слабым правителем. Владимир Путин высылает из России американских дипломатов, ограничивая свои возможности наладить отношения с той самой администрацией, которую он хотел видеть во главе США. Конгресс требует ужесточить курс в отношении России, и газеты объявляют, что ставка на Трампа, которую делал Путин, провалилась. Сбиты с толку? Вы просто не понимаете доктрину Герасимова.
В феврале 2013 года генерал Валерий Герасимов - начальник российского Генерального штаба, что примерно соответствует американской должности главы Объединенного комитета начальников штабов, - опубликовал в российской отраслевой газете «Военно-промышленный курьер» статью размером в 2000 слов под заголовком «Ценность науки - в предвидении». Герасимов взял тактику, разработанную в Советском Союзе, смешал ее со стратегическими военными идеями о тотальной войне и сформулировал новую теорию современной войны, предполагающей, скорее, не прямую атаку на противника, а «взлом» его общества. «Сами «правила войны» существенно изменились. Возросла роль невоенных способов в достижении политических и стратегических целей, которые в ряде случаев по своей эффективности значительно превзошли силу оружия… Все это дополняется военными мерами скрытого характера», - писал он.

Эту статью многие считают самым ясным выражением современной российской стратегии, опирающейся на идею тотальной войны и помещающей политику и войну в одну плоскость - как с философской, так и с технической точки зрения. Такой подход подразумевает партизанскую войну, ведущуюся на всех фронтах с использованием широкого спектра союзников и инструментов- хакеров, СМИ, бизнеса, «сливов» и, да, фальшивых новостей, - а также обычных и ассиметричных военных методов. Благодаря интернету и социальным сетям, стали возможны операции, о которых советские специалисты по психологической войне могли только мечтать. Теперь можно перевернуть в стране у противника все вверх дном исключительно с помощью информации. Доктрина Герасимова подводит под применение этих новых инструментов теоретическую базу и провозглашает невоенную тактику не вспомогательным элементом при силовых методах, а предпочтительным путем к победе. Фактически, она объявляет именно это настоящей войной. Кремль стремится создавать хаос - недаром Герасимов подчеркивает, важность дестабилизации вражеского государства и погружения его в постоянный конфликт.
Работает ли такая стратегия? Пока администрация Обамы преуменьшала угрозу новой холодной войны, Грузия, Эстония и Литва - бывшие порабощенные страны - били тревогу из-за российских попыток влиять на их внутреннюю политику и подрывать их безопасность. Сейчас во всех этих трех странах у власти оказались партии с прочными финансовыми связями с Москвой, втихомолку добивающиеся большей открытости перед русскими.
На Украине Россия применяет Доктрину Герасимова уже несколько лет. Во время протестов 2014 года Кремль поддерживал экстремистов с обеих сторон - и пророссийские силы, и украинских ультранационалистов, - подпитывая конфликт, который он позднее использовал как предлог для захвата Крыма и развязывания войны на Восточной Украине. Добавив к этому изрядную дозу информационной войны, он получил неразбериху, в которой никто ни в ком не может быть уверен и в которой нет однозначных героев, - что и позволяет Москве контролировать ситуацию. Именно так и выглядит Доктрина Герасимова в действии.
Очередной ее мишенью стали Соединенные Штаты. Российское полицейское государство считает Америку главным противником. Русские понимают, что они не могут на равных конкурировать с нами ни экономически, ни технологически, ни в военной сфере.
Поэтому они создают новые поля сражений. Они не пытаются стать сильнее нас, но хотят ослабить нас, чтобы мы оказались с ними на одном уровне.
Возможно, Россия и не взламывала американские машины для голосования. Однако она избирательно и целенаправленно распространяла в социальных сетях ложную и искаженную информацию, иногда используя при этом материалы, добытые с помощью хакеров, и формировала фактические информационные альянсы с определенными группировками в Соединенных Штатах. В результате она, по-видимому, сумела выиграть важную битву, причем большинство американцев этой битвы даже не заметили. Американская избирательная система - это сердце самой могущественной демократии в мире, а теперь, благодаря российским действиям, мы спорим друг с другом и сомневаемся в ее легитимности. Фактически, мы воюем сами с собой, притом, что враг не нанес по нам ни одного физического удара. «Информационное противоборство открывает широкие асимметричные возможности по снижению боевого потенциала противника», - писал Герасимов (он также указывал на возможность использовать «внутреннюю оппозицию для создания постоянно действующего фронта на всей территории противостоящего государства»).
Не все специалисты по России считают Доктрину Герасимова важным явлением. Некоторые называют ее просто новой, отчетливо сформулированной версией того, что русские делали с давних пор. Некоторые полагают, что значение Путина сильно раздуто и что не стоит считать его всемогущим или видеть в нем сказочное чудовище. Некоторые подчеркивают, что из-за борьбы между олигархическими фракциями в Кремле, действия русских лишены единой стратегической цели. Однако Россия, бесспорно, систематически вмешивается в дела других стран на разных уровнях одновременно. Ее методы ставят нас в тупик, потому что мы не всегда понимаем, как они работают на практике. Ведь, как и любая стратегия партизанских действий, они предполагают экономию ресурсов и децентрализацию, в связи с чем их трудно выявлять и отслеживать. Вдобавок, со стратегической точки зрения, задачи России выглядят для нас непривычно. Кремль не делает ставку на победу той или иной силы - он ослабляет врага и создает обстановку, в которой проигрывают все, кроме него самого.
В этом и заключается главная сильная сторона теневой войны в стиле Герасимова. Очень трудно противостоять врагу, которого ты не видишь и в существовании которого даже не до конца уверен. Однако этот подход все же далеко не идеален. Доктрина Герасимова основана на скрытом манипулировании, что делает ее крайне уязвимой. Она начинает рушиться, стоит пролить свет на то, как она работает и какие цели перед собой ставит. Это требует лидерских качеств и ясного видения угрозы-примером чего стала Франция, правительство которой перед президентскими выборами сумело сплотиться и предупредить избирателей о российских информационных операциях. А вот Америка пока остается впотьмах. Она не только не переходит в наступление, но даже не обороняется.

Молли Маккью - специалист по информационным войнам, консультирует правительства и политические партии по вопросам внешней политики и стратегической коммуникации. В 2009-2013 годах консультировала правительство грузинского президента Михаила Саакашвили, в 2014-2015 годах консультировала бывшего премьер-министра Молдавии Влада Филата.

Цель данной статьи не глубокий анализ событий, а лишь желание обратить внимание читателей на некоторые вопросы и проблемы, связанные с информационной войной и ассиметрическими действиями, которые путинский режим использует против Запада.

Недавние теракты в Брюсселе наглядно показали Европе, что Евросоюз находится в состоянии войны с терроризмом в лице исламистской салафистской ультрарадикальной организации, именуемой Даеш или т.н. Исламским государством (ИГИЛ).

Впрочем, это уже наглядно продемонстрировали теракты в Париже в 2015 году и другие подобные угрозы.

Европейским политикам и аналитикам пора снять розовые очки и понять то, что гибридная война террористов против Европы ведется на всех уровнях, в том числе и в информационном пространстве.

Но помимо Даеш, информационную войну против Европы и Штатов ведет и Кремль, делая это весьма мастерски и порой очень завуалировано. При этом, многие эксперты считают, что кремлевская война является более массированной и агрессивной. Об этом 26 марта 2016 года открыто заявил пресс-секретарь президента В. Путина Дмитрий Песков, отметив, что Российская Федерация находится в состоянии информационной войны с англосаксонскими СМИ.

По своей сути – это более тонкая и продуманная информационная кампания, или даже несколько кампаний. Они не такие топорные и примитивные как у исламистов и поэтому считаются опаснее в разы. Все это лишь часть глобальной гибридной войны – войны нового типа или поколения, которую ведет Кремль.

Украинский политик и ученый Владимир Горбулин очень точно отметил, что «для РФ «гибридный» метод ведения войны стал доминирующим на долгие годы, о чем говорит последняя статья «По опыту Сирии» генерала В. Герасимова (того самого, который в начале 2013 г. публично сформулировал российское понимание современных конфликтов в формате «гибридных войн») ».

В своей статье «Ценность науки в предвидении» в 8 номере Военно-промышленного курьера от февраля-марта 2013 г. начальник Генерального штаба ВС Российской Федерации генерал Герасимов отмечал что « стираются различия между стратегическим, оперативным и тактическим уровнем, наступательными и оборонительными действиями. Применение высокоточного оружия приобретает массовый характер. В военное дело активно внедряются вооружение на новых физических принципах и роботизированные системы. Широкое распространение получили асимметричные действия, позволяющие нивелировать превосходство противника в вооруженной борьбе. К ним относятся использование сил специальных операций и внутренней оппозиции для создания постоянно действующего фронта на всей территории противостоящего государства, а также информационное воздействие, формы и способы которого постоянно совершенствуются».

Не возникает сомнений, что действия исламистов и теракты в Париже и в Брюсселе в 2015-16 гг. в том числе играют на руку Кремлю, как и деятельность праворадикальных европейских организаций, выступающих против миграции в Европу.

Для этого попробуем найти ответы на ряд вопросов:

Во-первых. Чего хотели добиться исламистские террористы, взрывая бомбы на станциях метро и в аэропорту столицы ЕС и была ли это месть за арест Салаха Абдеслама – организатора терактов в Париже, который был арестован в Брюсселе в пятницу?

Конечно же, нет.

Анализ событий доказывает, что серия взрывов имеет признаки хорошо продуманной и спланированной операции для того чтобы посеять панику, хаос и вызвать гнев и негодование как среди бельгийцев, так и у всей Европы. Исламистские радикалы из Даеш желали посеять хаос и показать, насколько уязвим даже Брюссель – место, где расположены Европейская комиссия, Европейский парламент, штаб-квартира НАТО и много других важных организаций. Главный пропагандистский месседж этих ужасных терактов состоял в том, чтобы продемонстрировать европейцам их уязвимость в любом месте и в любую секунду. Создать иллюзию того, что они бессильны что-либо предпринять против этого.

Второй, быть может, не менее важный месседж – это посеять недоверие, а еще лучше лютую ненависть к прибывающим из Европы беженцам, а в идеале ко всей мусульманской части населения Европы. Это только лишь усилит и подогреет ультраправых радикалов в их негативное отношение к иммигрантам, особенно с Ближнего Востока.

Таким образом, серия брюссельских взрывов оказалась выгодной не только террористам из Даеша, но и многим праворадикальным политикам, популярность которых в Европе лишь возрастет. В этом случае, логично вспомнить заученную путинскую мантру: «А мы вам ведь говорили, а мы ведь вас предупреждали насчет беженцев!».

Еще один сильный пропагандистский посыл этой жестокой и бесчеловечной информационно-психологической операции – это дестабилизация всей системы безопасности в ЕС, в том числе демонстрация того, что полиция и органы безопасности в Бельгии некомпетентны и не могут защитить даже своих граждан. Очевидной его целью является стремление посеять ужас и страх среди бельгийцев в частности, и среди европейцев в целом.

Этой провокации нельзя поддаваться, ни в коем случае.

Нас хотят запугать, а этого нельзя позволить, поскольку именно этот страх и есть конечная цель акций террористов.

Второй важный вопрос – кому был выгоден брюссельский теракт?

Итак, выгодно это, конечно, лидерам и идеологам Даеш. Помимо них, это может быть выгодно праворадикалам вроде Марин Ле Пен и некоторым ультралевым группировкам Европы – пособникам режима Путина.

Но, более всех это выгодно именно режиму Владимира Путина, который жаждет видеть Европу и НАТО разобщенными, слабыми, раздираемыми внутренними конфликтами и противоречиями. Любая дестабилизация Европы и Запада в целом, неважно кем спровоцированная, оказывается на руку Москве. Это хорошо укладывается в рамки концепции информационной и гибридной войны, которую Москва ведет в Украине, но и против всего Западного мира, и Бельгии в частности.

Владимир Горбулин очень верно подметил, что «мы можем констатировать, что «гибридная война» как форма агрессивного решения Россией своих геополитических задач не только не ограничилась Украиной, но всемерно развивается, а сами формы гибридной войны становятся все изощреннее, распространяясь на новые театры военных действий. Тем самым сбывается своеобразное предсказание президента Литвы Д. Грибаускайте, высказанное в 2014-м: «Если террористическое государство, которое ведет открытую агрессию против своего соседа, не остановить, она распространится на Европу и дальше». И она действительно распространилась. В самых замысловатых формах».

Основная цель путинского режима – это воссоздание империи в границах СССР и заполучение Европы в сферу своего влияния. Однако, его планы амбициознее, чем просто восстановление советского лагеря.

Евразийский союз, печально известный как «Русский мир», лишь один из многих замыслов Путина. В ряде европейских стран уже созданы или создаются пророссийские центры, дабы влиять на внешнюю и внутреннюю политику этих стран. C этой целью запускаются планы по дестабилизации обществ и политических систем.

Одним из таких ранних и ярких примеров является Бронзовая ночь в апреле 2007 года в Таллинне, где в создании массовых беспорядков участвовали пророссийские активисты. В российских СМИ были сразу же начаты мощные и крайне агрессивные информационные кампании против эстонцев и Эстонского государства. И таких примеров информационной агрессии со стороны российских пропагандистских СМИ против стран Прибалтики много, не говоря уже об Украине, против которой Россия ведет длительную и массивную информационную войну.

Но, вернемся к исламистам.

Еще один важный вопрос. Почему исламисты стали терроризировать Европу и что стало первопричиной? Еще 20 лет назад Париж и Лондон были относительно безопасными городами, но все изменилось.

Ответ лежит в политической плоскости. Десятилетиями страны Запада, как и СССР (а теперь и Россия), играли ближневосточными и североафриканскими странами, как пешками, затрагивая их политические интересы. Были случаи вмешательства в их внутригосударственные дела. Известный придуманный древними римлянами принцип divide et impera (разделяй и властвуй) не всегда приносит ожидаемые сладкие плоды, часто эти плоды бывают несъедобные и отравленные. Понятно, что это не вызывало среди местных жителей ни симпатий, ни тем более любви к этим т.н. большим игрокам, одним из которых была Москва.

Наглядными примерами является вторжение в Афганистан в 1979 или вторжение в Ирак, которые сильно усугубили ситуацию на Ближнем и Среднем Востоке, дестабилизировав и без того шаткий и взрывоопасный регион, коим он является. Вмешательства создали предпосылки к бурному росту исламизма и радикализма, как своего рода некой реакции на сильное воздействие извне.

Возьмем Афганистан. Вторжение советский войск и долгая война стала одной из основных причин возникновения движения Талибан. Прошло уже 37 лет, а мира и стабильности в Афганистане до сих пор нет. Регион остался разбалансированным в плане своей внутренней политики.

Или взять Ирак. В 2003 году был свергнут Саддам Хусейн. С одной стороны – это был человек прагматичный, а с другой – очень жестокий, честолюбивый и хладнокровный. Его казнили. Вроде бы все правильно. Преступный режим и плохой диктатор были наказаны. Саддам ведь преследовал курдов, шиитов и т.п. Но этот восточный деспот сохранял Ирак от распада почти 24 года. Он же держал в узде исламских радикалов. Однако, после падения этого режима, Ирак стал медленно и верно разваливаться, скатываться в хаос. В стране началась затяжная война, часть страны стали контролировать исламисты и т.д. Ситуация в стране оказалась дестабилизированной.

Из последних событий пристального внимания заслуживает сирийская авантюра В.Путина, которая тоже ни к чему хорошему не привела. РФ только лишь подлила масла в огонь сирийской гражданской войны, и всего-то. Вроде бы шли-то в Сирию под эгидой борьбы с Даеш и исламизмом, но занимались там российские военные всем чем угодно, но менее всего бомбардировками позиций Даеш. Итог: Даеш не разгромлен, также как и другие исламские радикальные группировки, к примеру Джабхат-ан-Нусра. Зато позиции президента Асада значительно улучшились. В начале 2015 года он проигрывал войну, а теперь, после вмешательства Москвы, его армия перешла в наступление.

Кто из этой войны вышел победителем? – сам Путин. Он построил для России ряд военных баз и в любой момент может применить свою силу в Сирии или на Ближнем Востоке. Им создана коалиция, которая поддерживает Москву – туда кроме Сирии входят еще Ирак и Иран. Такой вот шиитский тандем.

Вместе с этим, мы наблюдаем, как часть западных политиков хвалит Кремль за якобы «решение» проблем в Сирии, которые, к слову сказать, решены-то не были. Параллельно с этим, кремлевской пропагандой был создан нарратив о Путине, как чуть ли не о Святом Георгии, который поражает злобного Змия (исламских радикалов), и спасает мир от чудовищной беды.

Как верно подметил в своей статье эксперт по вопросам информационной безопасности группы «Информационное сопротивление» Вячеслав Гусаров, «в публикациях стало формироваться мнение о миролюбии и политическом прагматизме российского лидера. На эту «кипящую» новость сразу набросились как традиционные российские СМИ, так и политологи, эксперты, пользователи социальных сетей и блоггеры. При этом, формирование смыслов происходило исключительно в кремлевском русле – восхвалении «российского могущества» и идеализации Путина при отсутствии любой критики. После «медийного макияжа» российский президент выставлялся «победителем мирового масштаба».

И даже, если это «победитель мирового масштаба» окажется в лузерах – российская пропаганда свое дело уже сделала. Сегодня Путин в портретной рамке победителя. И это не смотря на то, что Кремль так и не достиг целей в Сирии. Это была чистая авантюра.

По большому счету, Москва ничего существенного не сделала по уничтожению Даеш, даже наоборот. Она преследовала совсем иные цели, часть из которых достигнуты, а именно:

Во-первых: освещение конфликта на Донбассе отведено на второй план, его не часто вспоминают в западных СМИ.

Во-вторых: был создан пропагандистский нарратив о Путине как о сильном и могущественном лидере сильной державы, этаком спасителе западной цивилизации от исламизма. Параллельно, раскручен нарратив о слабости Запада и США, в частности о неспособности их решить конфликтную ситуацию на Ближнем Востоке, где якобы исламисты и террористы творят, что хотят. Этот нарратив прежде всего был направлен на российскую аудиторию т.к. в России, где экономика все более обваливается, путинскому режиму нечего предложить россиянам кроме пропагандистской лжи об успехах Путина.

В-третьих: Россия еще более дестабилизировала ближневосточный регион и усилила поток беженцев на Запад и в Турцию. Миграция многомиллионной толпы с Востока причиняет Турции и ЕС ряд серьезных проблем, в том числе финансовые, политические, социальные, что может способствовать расколу общества. Вдобавок была проведена короткая, но довольно успешная информационная кампания по дискредитации Анкары и турецких властей. В качестве актеров были использованы курдские боевики в Сирии и на Востоке Турции. Как результат – Турция увязла в конфликте с курдскими радикалами, которых исторически поддерживала Москва еще с советских времен.

Но парадокс всей ситуации заключается в том, что для западной аудитории сформировалось мнение, что якобы Путин спас Запад, усмирил Сирию и с ним якобы теперь надо вести диалог. Он – вроде бы победитель, главный боец с исламизмом. Подтверждение этому – недавний визит Керри в Москву. Хотя это только иллюзия, которую удалось сформировать российским идеологам.

Во-первых : не забывать, что Путин и его команда пытаются разобщить европейцев, сея в европейском обществе панику и страх. С этими целями, пророссийские силы в Европе пытаются создать нарративы о Путине как о сильном лидере, который быстро решает все проблемы.

Во-вторых: необходимо проведение комплекса мер технической безопасности – ужесточение контроля и проверки в аэропортах, на станциях метро, вокзалах, в местах скопления народа. Помимо этого, следует усилить работу полиции и иных организаций в сфере безопасности по выявлению террористов, проверять более тщательно прибывающих беженцев.

В-третьих : быть готовым к информационным провокациям со стороны Москвы, которые с одной стороны «оказывают помощь Европе», а с другой – создают провокационные ситуации. Мы уже видели «помощь» Москвы, в том числе и «месть» Кремля за Париж, когда в Сирию летели русские истребители и бомбардировщики с бомбами с надписями «За Париж!». Это было не более чем блеф. Бомбы падали на не позиции Даеш, а на совсем другие объекты, которые к ИГ вообще никакого отношения не имели. Но зато, какой великолепный жест! Месть за Париж! Звучит красиво, ведь так, но не более того.

Глава Генштаба ВС России Валерий Герасимов, как никто другой из российских военных, привлекает к себе внимание зарубежных военных экспертов и СМИ. Не так давно издание Wall Street Journal назвало Герасимова наиболее влиятельным офицером своего времени в России. Его работы переводятся на английский язык и вызывают масштабные обсуждения. За высказываниями и действиями генерала внимательно следят. Именно Герасимова сегодня на Западе называют главным идеологом "гибридной войны".

"Кардинал" Герасимов

Герасимов попал в фокус внимания зарубежных военных аналитиков и СМИ даже не столько после назначения на должность начальника Генштаба ВС РФ в 2012 году, а позже — в феврале 2013 года — после публикации его статьи "Ценность науки в предвидении" в газете "Военно-промышленный курьер".

После событий в Крыму и Донбассе эта статься стала хитом на Западе, ее неоднократно переводили на английский язык и разобрали на цитаты. Герасимов стал считаться основным теоретиком действий России в современных военных конфликтах, в Сирии и Украине.

В 2016 году глава Корпуса морской пехоты США генерал Роберт Неллер признался, что перечитывал статью Герасимова целых три раза и много размышлял о том, как русские планируют вести войны будущего.

В статье генерал армии, кстати, не столько формулировал некую новую доктрину, сколько анализировал и критиковал действия стран Запада по смене политических режимов в Ливии и Сирии, оценивал развитие событий времен "арабской весны" и возможности защиты от таких действий.

Герасимов писал: "В XXI веке прослеживается тенденция стирания различий между состоянием войны и мира. Войны уже не объявляются, а начавшись, идут не по привычному нам шаблону. Возросла роль невоенных способов в достижении политических и стратегических целей, которые в ряде случаев по своей эффективности значительно превзошли силу оружия. Акцент используемых методов противоборства смещается в сторону широкого применения политических, экономических, информационных, гуманитарных и других невоенных мер, реализуемых с задействованием протестного потенциала населения".

В самой статье, кстати, ни разу не упомянуто слово "гибридная", лишь три раза есть отсылка к "асимметричным" формам конфликтов. В первую очередь речь идет об информационном давлении на население и политическую элиту участников противоборства. Нет даже упоминания о кибердеятельности, хотя сегодня в зарубежных СМИ в связи с обвинениями, что Россия вмешивалась в выборы в США, Герасимову без тени сомнения приписывают уже и создание теоретической базы для проведения кибератак на США и страны Европы.

Из Лондона с приветом: в Британии ждут русских террористов в тельняшках Британский Королевский институт оборонных исследований рассказал, чего ждать Европе от России. И кого. Как оказалось, ждут там совершенно удивительных гостей.

В 2014 году главу Генштаба ВС РФ внесли в санкционные списки Европейского союза и Канады, в мае 2017 года Герасимов попал в расширенный санкционный список СНБО Украины, а в июне этого года запрет на посещение страны генералом объявила Черногория.

В марте Герасимов опубликовал еще одну статью — "Мир на гранях войны", где уже действительно обсуждается "гибридная война", действия США в Сирии и на Ближнем Востоке, кибератака на Иран в 2015 году и значение социальных сетей. Но вторая работа генерала пока не получила такого широкого распространения и не столь мифологизирована за рубежом, как первая.

© AP Photo / Musadeq Sadeq


© AP Photo / Musadeq Sadeq

Как росла тень "гибридной войны"

"Гибридную войну" нельзя назвать чем-то новым. В России о "полувойнах" начали размышлять очень давно. Теоретиком данного типа войны выступал полковник и профессор Евгений Эдуардович Месснер (1891-1974), один из крупнейших представителей военной мысли русского зарубежья. Он всесторонне разработал теорию и спрогнозировал развитие такого типа войн в своих книгах: "Мятеж — имя третьей всемирной" и "Всемирная мятежевойна".

Месснер рассуждал так: "В будущей войне воевать будут не на линии, а на всей поверхности территорий обоих противников, потому что позади оружного фронта возникнут фронты политический, социальный, экономический; воевать будут не на двумерной поверхности, как встарь, не в трехмерном пространстве, как было с момента нарождения военной авиации, а в четырехмерном, где психика воюющих народов является четвертым измерением".

Еще одним знаковым идеологом был Георгий Самойлович Иссерсон (1898-1976) — советский военачальник, полковник, профессор, один из разработчиков теории глубокой операции. Его труды "Эволюция оперативного искусства" и "Основы глубоких операций" вызывают сегодня большой интерес как в России, так и на Западе, где его переводят на английский язык. Герасимов, кстати, упоминает Иссерсона в своих работах.

В Штатах вплоть до 2010 года словосочетание "гибридная война" практически не употреблялось — американские военные не видели в нем смысла, ведь в их доктринах уже давно существовали такие термины, как "иррегулярная война" и "неконвенциональная война". Но прошло семь лет, и сегодня это обозначение глубоко укоренилось в лексиконе западных военных, когда они говорят о России.

В США в 2005 году, еще задолго до всех статей Герасимова, американский генерал Джеймс Мэттис, ныне глава Пентагона, и полковник Фрэнк Хоффман опубликовали знаковую статью "Будущее ведение войны: восход гибридных войн", в которой они добавили к военной доктрине 90-х годов генерала Чарлза Крулака о трех блоках войны четвертый блок. Три блока Крулака — это непосредственное ведение боевых действий, миротворческие действия по разводу противоборствующих сторон и оказание гуманитарной помощи. Четвертый, новый блок Мэттиса и Хоффмана — психологические и информационные операции и работа с населением.

© AP Photo / Matt Dunham


© AP Photo / Matt Dunham

В 2010 году в концепции НАТО, получившей название NATO"s Bi-Strategic Command Capstone Concept, "гибридные" угрозы официально определяются как угрозы, создаваемые противником, способным одновременно адаптивно использовать традиционные и нетрадиционные средства для достижения собственных целей. В 2012 году выходит ставшая известной в узких кругах книга "Гибридные военные действия: борьба с комплексным оппонентом с древних времен и до наших дней" за авторством историка Вильямсона Мюррея и полковника Питера Мансура.

В мае 2014 года в армии и Корпусе морской пехоты США приняли очень интересный документновую редакцию Боевого устава 3-24 под названием "Восстания и подавление восстаний". Новый вариант устава ориентирован на косвенное (непрямое) участие Америки в деле подавления восстаний в той или иной стране, когда американские войска в массовом порядке не вводятся вовсе, а всю работу на земле делают силовые структуры принимающей американскую помощь страны. Описания повстанческого движения, предпосылок его возникновения, стратегии и тактики действий настолько детально отображены, что иногда и вовсе непонятно, где речь идет о подготовке восстания, а где — о его подавлении. То есть главами из американского устава можно пользоваться кому угодно — в качестве неплохой общей инструкции к действию и подготовке к мятежу.По сообщениям СМИ, руководство НАТО осознает опасность гибридной войны и готовит новую концепцию, которая позволит быстрее реагировать на угрозы нового характера.

Сравнить недавние работы Герасимова и работы десятилетней давности от американских теоретиков и практиков, включая нынешнего министра обороны США, не составляет особого труда. Но идеологом "гибридной войны" объявлен все же именно Герасимов.

Впрочем, и со стороны зарубежных коллег звучат здравые мысли. Майкл Кофман, политолог из Института Кеннана при Международном научном центре имени Вудро Вильсона, пишет: "На Западе этой фразой обозначаются теперь любые действия России, которые пугают говорящего. Опасность в том, что многие военные и политики убеждены, что полноценная российская доктрина гибридной войны — реальность. А веря в это, они склонны видеть проявления гибридных видов противоборств повсюду — особенно там, где их нет. Ведь практически любое действие России — в информационной, политической или военной области — может быть теперь интерпретировано как гибридное. Бессмысленные фразы могут оказаться смертельным оружием в устах людей, облеченных властью".

15 июля 1240 года состоялась Невская битва, которая имела огромное стратегическое значение. Поражение надолго отбило у шведов желание захватить северо-западные земли Руси. Русская земля всегда была щедра и обильна. Особенно выделялся своим богатством среди русских городов и Господин Великий Новгород. Население Новгородской земли было многочисленно, города славились своими ремесленниками и мастерами. Через Новгородчину проходил древний торговый путь на Запад и на Восток. Процветающая и богатая Новгородская земля привлекала к себе жадные взоры западных соседей и прежде всего шведского и немецкого рыцарства.

Это в настоящее время шведы - мирный народ, а в то время шведские феодалы вели экспансию на Восток, стремились захватить богатый Новгород и отрезать Русь от Балтийского моря. Захват Невы и Волхова и новгородский территорий позволял контролировать торговлю между Восточной Европой и Западом. Да и города Новгородской земли, её промыслы могли дать шведским феодалам большую добычу. Необходимо отметить и роль Ватикана, римский папа благословлял немецких и шведских рыцарей на войну с «язычниками и еретиками». Православные христиане для Рима и западных феодалов были не лучше сарацин (мусульман), или язычников.

Близ устья реки Волхов, по которому проходил водный путь из Великого Новгорода в Балтийское море, располагался древний русский город - Ладога. Это был важный оборонительный и торговый центр. Ладога являлась фактически замком к Новгороду, который прикрывал его со стороны Швеции. Новгородские источники сообщают о ранних попытках шведских феодалов захватить Ладогу. Первое упоминание об атаке шведов на Ладогу относится еще к 1142 году: «В то же лето приходи Свейскый князь с епископом», - сообщает летопись. Горожане смогли отбить нападение и шведы отступили. Уже в 1164 году шведы снова попытались захватить Ладогу, но храбрые жители города сами сожгли посад и заперлись в крепости. Шведы осадили крепость. Ладожане успели послать за помощью в Новгород. Шведы не смогли взять город с ходу, а тем временем на выручку Ладоге пришли новгородские дружины и разгромили находников. Новгородцы вскоре нанесли ответный удар. В 1188 году русские и карельские отряды напали на политический и экономический центр Швеции, многолюдный город Сигтуну и разрушили его. Этот удар надолго отбил у шведов охоту ходить на Русь. Однако когда на Русь пришла беда с Востока, шведские феодалы решили воспользоваться тяжёлым положением Русской земли и реализовать план захвата новгородских земель.

В 1238 году шведский монарх получил от римского папы «благословение» на крестовый поход против русских. Всем, кто был готов принять участие в походе, было обещано отпущение всех грехов. В 1239 году шведы и немцы провели переговоры, обсуждая общий план похода на Новгородскую землю. Шведские феодалы, которые к этому времени захватили Финляндию, должны были развивать наступление на Господин Великий Новгород с севера, от реки Нева. Немецкие рыцари наступать с запада - через Изборск и Псков. Шведское правительство короля Эриха Эрикссона Шепелявого (правил в 1222-1229 и 1234-1249 гг.) выделило для похода войско под началом ярла (князя) Ульфа Фаси и зятя короля – Биргера Магнуссона. Для похода на Русские земли были собраны лучшие силы шведского рыцарства. Поход официально считался «крестовым», поэтому в нем, кроме крупных феодалов и их дружин, приняли участие и епископы со своими отрядами. Кроме того, чтобы полностью обеспечить успех крестового похода, шведское командование также собрало многочисленные отряды из подчиненного финского населения. Правда, финны, в отличие от шведов, были вооружены плохо – ножи, луки со стрелами, топоры, копья.

В это время в Новгородской земле правил молодой князь Александр Ярославич – сын великого князя Владимирского Ярослава Всеволодовича. Несмотря на молодость, Александр уже был известен как искусный политик. Это был разумный, энергичный и храбрый воин. Надо заметить, что Новгород сильно отличался своей системой управления от других русских земель. Власть князя была ограничена, он был военным руководителем, а не полновластным владыкой. Реальную власть имели боярские и купеческие роды, которые с помощью веча назначали посадника, тысяцкого и призывали князя. Новгородцы боролись со шведами за контроль над Ижорской землёю и Карельским перешейком. В Новгороде знали о планах шведов по захвату их территорий, так и том, что те похвалялись «крестить» их в латинскую веру.

Летом 1240 года вражеская армия под руководством Биргера «в силе велице, пыхая духом ратном», появилось на реке Нева на судах. Шведы встали лагерем в устье р. Ижора. Армия крестоносцев состояла из шведов, норвежцев и представителей финских племен (сумь и емь). Шведское командование планировало сначала захватить Ладогу, а затем идти на Новгород. Во вражеском войске находились и католическое духовенство: русские земли планировали крестить «огнём и мечом». Разбив лагерь, Биргер, полностью уверенный в своих силах и победе, отправил послание к князю Александру: «Если можешь мне сопротивляться, то я уже здесь, воюю твою землю».

Новгородские рубежи охранялись в то время «сторожами». Они располагались и на морском побережье, где в охране границы принимали участие и представители местных племен. В частности, в районе реки Невы, по обоим берегам Финского залива, находилась «морская сторожа» ижорян (финно-угорская народность населявшая территорию Ижорской земли). Они несли охрану путей к Великому Новгороду со стороны Балтийского моря. Шведское войско было обнаружено старейшиной Ижорской земли Пелгусием, который находился в дозоре. Пелгусий известил князя Александра о появлении вражеской армии.

Крестоносцы выбрали крайне удачный момент для своего удара. Владимиро-Суздальская Русь, где правил отец Александра была опустошена и не могла выставить значительных сил для помощи Новгороду. К тому же для появления дружин Ярослава Всеволодовича требовалось время, которого не было. Личная дружина князя Александра была небольшой. Для сбора отрядов местных бояр, новгородского ополчения и сил городов Новгородской земли нужно было много времени. Медлить же было нельзя, неприятель мог захватить Ладогу и ударить по Новгороду.

Битва

Александр не стал медлить и действовал стремительно, он даже своего отца не успел поставить в известность о появлении шведского войска. Молодой князь решил нанести внезапный удар по противнику, т. к. времени на сбор большого войска не было. Кроме того, созыв новгородского веча мог затянуть дело и сорвать готовящуюся операцию. Князь выступил против противника со своей дружиной, укрепив ее только добровольцами из Новгорода. По старинной традиции, русские воины собрались у храма св. Софии, помолились, приняли благословение от владыки Спиридона. Князь воодушевил своих воинов речью, фраза которой дошла современности и стала крылатой: «Братья! Не в силах Бог, а в правде! Вспомним слова псалмопевца: сии в оружии, и сии на конех, мы же во имя Господа Бога нашего призовем... Не убоимся множества ратных, яко с нами Бог». Рать выступила в поход. Отряд шёл вдоль Волхова до Ладоги, где к силам Александра присоединились ладожане. Из Ладоги новгородская рать двинулась к устью Ижоры.

Лагерь крестоносцев, разбитый в устье реки Ижоры, охранялся плохо, т. к. шведское командование было уверено в своих силах и не подозревали о близости русской рати. 15 июля русские воины смогли незаметно подойти к вражескому лагерю и в 11 часов утра внезапно атаковали шведов. Нападение русской рати было столь внезапным, что крестоносцы не успели подготовиться к бою и построить свои силы. Быстрота отряда Александра свела на нет численное преимущество шведского войска. Воины Биргера были застигнуты врасплох. Шведы не смогли оказать организованного сопротивления. Русская дружина прошла сквозь вражеский стан и погнала шведов к берегу. Вдоль берега ударили пешие ополченцы. Новгородцы пробивались вдоль реки и уничтожали мостки, которые соединяли шведские корабли с берегом. Ополченцы даже смогли захватить и уничтожить три вражеских судна.

Сражение было яростным. Александр лично «изби множество» шведов и ранил вражеского предводителя. Княжеский соратник Гаврило Олексич погнался за ярлом Биргером и верхом ворвался на вражеский корабль. Его скинули в воду, но он остался жив и снова вступил в бой, убив шведского епископа. Источники также сообщают о отличившихся в этом сражении русских воинов: Ратмире, Сбыславе Якуновиче, Якове Полочанине, отроке Савве. Отряд во главе с новгородцем Мишей уничтожил три вражеских корабля.

Крестоносцы не выдержали яростного натиска русских витязей и бежали на уцелевших кораблях. Потери русского отряда были незначительны: до 20 состоятельных воинов. Шведские потери были более значительными. Они нагрузили два корабля только телами знатных людей, остальных захоронили на берегу. В тактическом отношении следует отметить роль пограничной охраны («сторожи»), которая своевременно обнаружила неприятеля и сообщала в Новгород. Огромное значение имел и фактор быстроты и внезапности удара. Крестоносцы были захвачены врасплох и не смогли оказать организованного сопротивления.

Блестящая победа над шведским войском имела огромное политическое и моральное значение. Она произошла после страшных поражений, которые русские рати потерпели от воинов Батыя. Швеции не удалось захватить новгородские земли в наиболее удобный момент для удара и отрезать Русь от Балтийского моря. Отразив вторжение с северного направления, Александр сорвал возможное одновременное нападение шведских и немецких феодалов.

Однако победа на Неве имела и негативную сторону. Новгородские боярские и купеческие семьи завидовали славе Александра и боялись роста его влияния в Новгороде, любви простых людей к нему. «Золотые пояса» начали плести интриги против князя. В результате победитель шведов был вынужден покинуть Новгород и уехать во Владимиро-Суздальскую Русь, в свой удел – Переяславль-Залесский.