Задание ОГЭ № 10
ВВОДНЫЕ СЛОВА И КОНСТРУКЦИИ
1. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифры, обозначающие запятые при вводном слове.
Конечно,(1) это мне только казалось. Но всё же недаром так запомнился мне этот самолёт. Должно быть,(2) и в самом деле тогда я впервые подумал о том,(3) что теперь занимало все мои мысли. Итак,(4) я скрыл свою тайну от всех.

2. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифры, обозначающие запятые при вводном слове.
Я изучил ночные полёты,(1) когда сразу за стартом начинается тьма и всё время,(2) пока набираешь высоту,(3) кажется,(4) ощупью идёшь по тёмному коридору. Внизу,(5) на аэродроме,(6) ярко светятся огни.

3. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифры, обозначающие запятые при вводном слове.
И тут я понял,(1) что если освободить мальчика от честного слова,(2) снять его с караула может только военный,(3) так надо,(4) значит,(5) идти искать военного.

4. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифры, обозначающие запятые при вводном слове.
В свободные часы я уходил в сарай колоть дрова,(1) желая побыть наедине с самим собою. Жизнь,(2) помню,(3) казалась мне всё более скучной,(4) жёсткой,(5) установленной навсегда в тех формах и отношениях,(6) как я видел её изо дня в день.

5. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифры, обозначающие запятые при вводном слове.
– Алёшка,(1) ты погляди,(2) – указывает дед,(3) – никак,(4) у чужой калитки родня появилась.
– Наверно,(5) – отвечает Алёша и идёт дальше.

6. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифры, обозначающие запятые при вводной конструкции.
Полечи,(1) яви милость! Ветеринару нашему такие дела неподсудны. Он у нас коновал. Этот заяц,(2) можно сказать,(3) спаситель мой: я ему жизнью обязан,(4) благодарность оказывать должен,(5) а ты говоришь – бросить!

7. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифры, обозначающие запятые при вводном слове.

8. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифры, обозначающие запятые при вводной конструкции.
Однажды после ледостава облетела село весть,(1) будто в полынье плавают гуси и не улетают. Гуси крупные,(2) людей не боятся,(3) птицы эти,(4) должно быть,(5) домашние. Вечером,(6) когда я катался с ребятами на санках,(7) с другой стороны реки послышались тревожные крики.

9. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифры, обозначающие запятые при вводном слове.
Завтра! А если сегодня огонь захватит лес,(1) который подходит к самой воде?
– Их,(2) наверно,(3) спасатели снимут. А может,(4) огонь ещё остановится,(5) – нерешительно сказал Алик.

10. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифры, обозначающие запятые при вводном слове.
Бим,(1) во-первых,(2) поздоровался: повилял хвостом,(3) но с грустинкой,(4) склонив голову сначала на одну сторону,(5) потом на другую. Это,(6) кроме того,(7) означало и вопрос: «А ты – что за человек?»

11. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифры, обозначающие запятые при вводной конструкции.
На этот раз они были первые,(1) никто до них ягоду тут не трогал и не мял,(2) а наросло её на диво,(3) в редкий год,(4) по словам дяди Митяя,(5) удаётся такой урожай. Теперь Саня знал,(6) что это такое – кусты ломятся от ягоды.

12. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифры, обозначающие запятые при вводном слове.
И в себе он,(1) оказывается,(2) многого не знал и не подозревал: этого,(3) например,(4) нечеловечески сильного и огромного чувства,(5) пытающегося вместить в себя всё сияние и всё движение мира,(6) всю его необъяснимую красоту и страсть,(7) всю полноту.

13. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифры, обозначающие запятые при вводной конструкции.
Я выбежал на тропу,(1) собака страшно изогнулась,(2) взглянула на меня зелёным взглядом голодных глаз и прыгнула в лес,(3) поджав хвост. Осанка у неё,(4) вне всякого сомнения,(5) была не собачья,(6) и,(7) когда я свистнул,(8) она дико бросилась в кусты.

14. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифры, обозначающие запятые при вводном слове.
Действительно,(1) в протоке показалась рыбачья лодка,(2) огибавшая остров. Это и был Тарас. Он плыл,(3) стоя на ногах,(4) и ловко управлял одним веслом. Когда он подплыл ближе,(5) я заметил,(6) к удивлению,(7) плывшего перед лодкой лебедя.

15. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифры, обозначающие запятые при вводном слове.

Задание ОГЭ № 10
ОБРАЩЕНИЕ
1. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифру, обозначающую запятую при обращении.
– Я повезу ягоды в город,(1) продам и куплю тебе пряник.
– Конём,(2) баба?
– Конём,(3) конём. Сам он белый-белый,(4) а грива у него розовая,(5) хвост розовый,(6) глаза розовые,(7) копыта тоже розовые.
Ответ:_________________________________

2. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифры, обозначающие запятые при обращении.
Даша легонько трепала его за холку и говорила:
– Возьми,(1) Бим,(2) возьми.
Голос у Даши мягкий,(3) душевный,(4) тихий и,(5) казалось,(6) спокойный,(7) руки тёплые и нежные,(8) ласковые.

3. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифры, обозначающие запятые при обращении.
– С ним тебе,(1) Асенька,(2) будет,(3) конечно,(4) сподручнее,(5) чем со мной: он и от собак отобьётся,(6) и мальчишкам в обиду не даст.

4. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифры, обозначающие запятые при обращении.
– Нет,(1) брат,(2) я стянул их с лотка на базаре. Никто не замелил.
– Ты,(3) значит,(4) их украл?
Ответ:___________________________________

5. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифры, обозначающие запятые при обращении.
Однажды,(1) когда бабушка стояла на коленях,(2) сердечно беседуя с Богом,(3) дед,(4) распахнув дверь в комнату,(5) сиплым голосом сказал:
– Ну,(6) мать,(7) посетил нас Господь,(8) – горим!
Ответ:__________________________________

6. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифры, обозначающие запятые при обращении.
В юности у меня тоже были подобные мысли,(1) доводившие меня до сумасшествия. Но это,(2) милостивый государь,(3) вздор.
Ответ:__________________________________

7. В приведённых ниже предложениях пронумерованы все запятые. Выпишите цифру, обозначающую запятую при обращении.
– Вот тебе и на! – удивился дед. – И у ничьей скамейки хозяин объявился. Знал бы я этого мастера,(1) в пояс бы ему поклонился и руку пожал. Тут дед посмотрел на Алёшу и спросил:
– А ты не знаешь этого мастера,(2) внучек?

Ответы к заданию 10

Вводные слова
Обращения

Помогите написать Сочинение Рассуждение на тему. В чём проявляется Человечность.
С помощью текста

Однажды после ледостава облетела село весть, будто в полынье плавают гуси и не
улетают. Гуси крупные, людей не боятся, должно быть, домашние. И в самом деле,
вечером, когда я катался с ребятами на санках, с другой стороны реки послышались
тревожные крики. Гуси боялись наступающей ночи. Полынья с каждым часом
становилась меньше и меньше.
На следующий день оравой мы перешли реку по свежей, еще чуть наметившейся
тропинке. Один по одному забрались на выступы обледенелого камня и сверху увидели
гусей. Полынья сделалась с лесную кулижку величиной. И в этом окне металась по кругу
ошалевшая, усталая и голодная стайка гусей. Чуть впереди плавала дородная гусыня и
время от времени тревожно вскрикивала, подплывала к хрупкому припаю, врезалась в
него грудью, пытаясь выбраться на лед и вывести весь табун. Внезапно одного голошеего
гуся отделило течением от стайки, подхватило и понесло к краю полыньи. Он
поворачивался навстречу струе грудью, пытался одолеть течение, но его тащило и
тащило, и когда пригнало ко льду, он закричал отчаянно о помощи. Мать бросилась на
крик, ударяя крыльями по воде, но молодого гуся притиснуло ко льду, свалило на бок, и,
мелькнув беленькой бумажкой под припаем, словно под стеклом, он исчез навсегда.
Гусыня кричала долго и с таким, душу рвущим, горьким отчаянием, что коробило спины
- Пропадут гуси. Все пропадут. Спасти бы их, - сказал мой двоюродный брат Кеша.
Одни настаивали - подбираться к полынье ползком. Другие - держать друг дружку
за ноги и так двигаться. Третьи предлагали позвать охотников и пристрелить гусей, чтобы
не мучились. Кто-то советовал просто подождать - гуси сами выйдут на лед, выжмет их
из полыньи морозом. На помощь пришел местный сторож Мишка Коршуков.
- Всем взять по длинной доске!
И вот мы бросаем доски, ползем меж торосов к припою. Мишка сзади нас. Ему
нельзя на доску - он тяжелый.
- Стоп! - скомандовал Мишка. - Теперь надо одному. Кто тут полегче? Он обмерил
всех парней взглядом, и его глаза остановились на мне.
- Гусаньки, гусаньки! - звал я, глядя на сбившихся в кучу гусей.
Лед с тонким перезвоном оседал подо мной, под доской, беленькие молнии
метались по нему, пронзая уши, лопнувшей струной.
Вдруг что-то зашуршало возле моего бока, я обмер и, подумав, что обломился лед,
уцепился за доску и собрался уже заорать, как увидел, что Мишка доску мне сует.
Доска доползла до воды, чуть прогнула закраек, раскрошила его. Гуси отплыли к
противоположному от меня закрайку полыньи, встревоженно погагакивая. Мать-гусыня
поглядела на меня, недоверчиво гагакая, поплыла к доске. Все семейство двинулось за
ней. Возле доски мать развернулась, и я увидел, как быстро заработали ее яркие, огненные
лапы. Но скоро мать успокоилась, повернулась грудью по течению, поплыла быстро-
быстро и выскочила на доску. Чуть проковыляв от края, она приказала: "Делать так же!"
Гуси стремительно разгонялись, выпрыгивали на тесину и ковыляли по ней. Я отползал
назад, дальше от черной жуткой полыньи. Уже на крепком льду я схватил тяжелую
гусыню на руки, зарылся носом в ее тугое, холодное перо. Ребята согнали гусей в табунок,
подхватили кто которого и помчались в деревню. Я припер домой гусыню, шумел,
рассказывал, захлебываясь. махал руками. Гусыня орала на всю избу, клевалась и ничего
не желала есть. Бабушка выгнала ее во двор, заперла в стайку. Но гусыня и там орала на
всю деревню. И выорала свое. Ее отнесли в дом дяди, куда собрали к ней всех гусят. Тогда
гусыня-мать успокоилась и поела.
Вскоре после этого гуси совсем вывелись: кого-то потравили собаки, кого-то поели в
голодуху. С верховьев Енисея птицу больше не приносит - выше села ныне стоит плотина
гидростанции. (По

Помогите написать Сочинение Рассуждение на тему. В чём проявляется Человечность.
С помощью текста

Однажды после ледостава облетела село весть, будто в полынье плавают гуси и не
улетают. Гуси крупные, людей не боятся, должно быть, домашние. И в самом деле,
вечером, когда я катался с ребятами на санках, с другой стороны реки послышались
тревожные крики. Гуси боялись наступающей ночи. Полынья с каждым часом
становилась меньше и меньше.
На следующий день оравой мы перешли реку по свежей, еще чуть наметившейся
тропинке. Один по одному забрались на выступы обледенелого камня и сверху увидели
гусей. Полынья сделалась с лесную кулижку величиной. И в этом окне металась по кругу
ошалевшая, усталая и голодная стайка гусей. Чуть впереди плавала дородная гусыня и
время от времени тревожно вскрикивала, подплывала к хрупкому припаю, врезалась в
него грудью, пытаясь выбраться на лед и вывести весь табун. Внезапно одного голошеего
гуся отделило течением от стайки, подхватило и понесло к краю полыньи. Он
поворачивался навстречу струе грудью, пытался одолеть течение, но его тащило и
тащило, и когда пригнало ко льду, он закричал отчаянно о помощи. Мать бросилась на
крик, ударяя крыльями по воде, но молодого гуся притиснуло ко льду, свалило на бок, и,
мелькнув беленькой бумажкой под припаем, словно под стеклом, он исчез навсегда.
Гусыня кричала долго и с таким, душу рвущим, горьким отчаянием, что коробило спины
- Пропадут гуси. Все пропадут. Спасти бы их, - сказал мой двоюродный брат Кеша.
Одни настаивали - подбираться к полынье ползком. Другие - держать друг дружку
за ноги и так двигаться. Третьи предлагали позвать охотников и пристрелить гусей, чтобы
не мучились. Кто-то советовал просто подождать - гуси сами выйдут на лед, выжмет их
из полыньи морозом. На помощь пришел местный сторож Мишка Коршуков.
- Всем взять по длинной доске!
И вот мы бросаем доски, ползем меж торосов к припою. Мишка сзади нас. Ему
нельзя на доску - он тяжелый.
- Стоп! - скомандовал Мишка. - Теперь надо одному. Кто тут полегче? Он обмерил
всех парней взглядом, и его глаза остановились на мне.
- Гусаньки, гусаньки! - звал я, глядя на сбившихся в кучу гусей.
Лед с тонким перезвоном оседал подо мной, под доской, беленькие молнии
метались по нему, пронзая уши, лопнувшей струной.
Вдруг что-то зашуршало возле моего бока, я обмер и, подумав, что обломился лед,
уцепился за доску и собрался уже заорать, как увидел, что Мишка доску мне сует.
Доска доползла до воды, чуть прогнула закраек, раскрошила его. Гуси отплыли к
противоположному от меня закрайку полыньи, встревоженно погагакивая. Мать-гусыня
поглядела на меня, недоверчиво гагакая, поплыла к доске. Все семейство двинулось за
ней. Возле доски мать развернулась, и я увидел, как быстро заработали ее яркие, огненные
лапы. Но скоро мать успокоилась, повернулась грудью по течению, поплыла быстро-
быстро и выскочила на доску. Чуть проковыляв от края, она приказала: "Делать так же!"
Гуси стремительно разгонялись, выпрыгивали на тесину и ковыляли по ней. Я отползал
назад, дальше от черной жуткой полыньи. Уже на крепком льду я схватил тяжелую
гусыню на руки, зарылся носом в ее тугое, холодное перо. Ребята согнали гусей в табунок,
подхватили кто которого и помчались в деревню. Я припер домой гусыню, шумел,
рассказывал, захлебываясь. махал руками. Гусыня орала на всю избу, клевалась и ничего
не желала есть. Бабушка выгнала ее во двор, заперла в стайку. Но гусыня и там орала на
всю деревню. И выорала свое. Ее отнесли в дом дяди, куда собрали к ней всех гусят. Тогда
гусыня-мать успокоилась и поела.
Вскоре после этого гуси совсем вывелись: кого-то потравили собаки, кого-то поели в
голодуху. С верховьев Енисея птицу больше не приносит - выше села ныне стоит плотина
гидростанции. (По

19 ноября 2018 года отмечают праздник Павел Ледостав. По народной традиции в этот день готовят снасти для зимней рыбалки на реках и озёрах, которые как раз начинают покрываться льдом. По приметам этого дня определяют погоду наступающей зимы. Православная церковь посвящает этот праздник памяти патриарха Константинопольского Павла.

Традиции и название народного праздника Павел Ледостав связаны с замерзанием водоёмов, которые как раз начинают покрываться первой коркой льда. В этот день было принято начинать подготовку к подлёдной ловле рыбы. Мужчины тщательно осматривали рыболовные снасти, и в случае необходимости, чинили их. Некоторые начинали рыбачить с берега, поскольку лёд в это время был ещё тонким и недостаточно крепким.

На Севере России, где в это время лёд уже сковывал реки и озёра, было принято задабривать водяного. Для этого в первую прорубь бросали мелкие деньги и лакомства, а также читали специальные заговоры. В старину в отдалённых регионах считалось, что если в замерзающую реку опустить усопшего, то она быстро покроется льдом, который будет крепким. Никто больше не провалится под него и не утонет.

Наблюдая за природой в этот день, можно определить, какой будет погода будущей зимой. Снегопад на Павла Ледостава предвещает морозную и снежную зиму. Отсутствие ветра – к скорому наступлению морозов. Алое зарево – к обильным осадкам. Яркие звёзды на ночном небе – к резкому похолоданию.

По народным поверьям, поведение птиц и животных также может предсказать погоду. Если гуси на Павла Ледостава охотно плавают в открытых водоёмах, значит, скоро потеплеет. Если птицы не летают, а сидят на ветках деревьев, то скоро наступит ветреная и холодная погода. Если галки собираются в стаи и громко кричат, приближается оттепель. Если белки меняют окраску сверху вниз, зима будет затяжная и сырая, а если снизу вверх, ожидаются лютые морозы.

Почитание памяти святителя Павла Константинопольского

После смерти патриарха Александра в 340 году, главой Константинопольской кафедры с его благословения был избран архиепископ Павел. Это было сложное время, когда с новой силой разгорелось иконоборчество и ересь, поборником которых был Павел. На священном Соборе приверженцы арианства были против его избрания. К их числу примкнул и наместник императора на Востоке — Констанций. Представитель римской власти низложил законно избранного патриарха и изгнал его из Константинополя.

Святитель Павел в сопровождении православных епископов удалился в Рим. Однако, поставленный на его место Евсевий Никомидийский руководил церковью недолго. Вскоре он умер. Павел со своими сторонниками смог вернуться в Константинополь. Когда его попытались вторично удалить из столицы, сам Римский император стал на его защиту. Грозное письмо, посланное местному правителю, возымело своё действие, и Павел смог вернуться на патриаршую кафедру.

После смерти благочестивого императора, патриарха Павла схватили и отправили в ссылку в Каппадокию (территория Армении). Там во время литургии, враги православия ворвались в храм, напали на Святителя Павла и задушили его. Мощи праведника, принявшего мученическую кончину во имя православной веры, были перенесены в Константинополь, а позже – в Венецию.

Но вот закружилась поземка, потащило ветром снег по реке, зазвенели льдины, сдерживая порывы ветра; за них набросало снегу, окрепли спайки. Скоро наступит пора прорубать зимник - выйдут мужики с пешнями , топорами, вывезут вершинник и ветки, и там, где взъерошилась река, пробьют в торосах щель, пометят дорогу вехами, и вот уж самый нетерпеливый гуляка или заботами гонимый хозяин погонит робко ступающего меж сталисто сверкающих льдин конишку, сани бросает на не обрезанных еще морозами глыбах, на не умягченной снегами полознице.

Но как бы ни была крута осень, как бы густо ни шла шуга, она никогда не может разом и везде усмирить Енисей.

Здесь все бурлит, клокочет, шуга громоздится, льдины крошатся, ломаются, свирепое течение крушит хрупкий припай. Не желает Караульный бык вмерзать в реку. Уже вся река застыла, смирилась природа с зимою, а он стоит в полой воде. Уже идут по льду первые отчаянные пешеходы, осторожно прощупывая палкой лед перед собой; появилась одинокая подвода; затем длинный, неторопливый обоз - но у быка все еще колышется пар и чернеет вода.

От пара куржавеют каменистые выступы быка, кустики, трава и сосенки, прилепившиеся к нему, обрастают толстым куржаком, и среди темных, угрюмых скал Караульный бык, разрисованный пушистыми, до рези в глазах белыми узорами, кажется сказочным чудом.

Однажды после ледостава облетела село весть, будто возле быка, в полынье, плавают гуси и не улетают. Гуси крупные, людей не боятся, должно быть, домашние.

И в самом деле, вечером, когда я катался с ребятами на санках, с другой стороны реки послышались тревожные крики. Можно было подумать, что там кто-то долго, настойчиво и нестройно наяривал на пионерском горне. Гуси боялись наступающей ночи. Полынья с каждым часом становилась меньше и меньше. Мороз исподволь, незаметно округлял ее, припаивал к закрайкам пленочки льда, которые твердели и уже не ломались от вихревых струй.

На следующий день оравой мы перешли реку по свежей, еще чуть наметившейся тропинке и приблизились к быку. Один по одному забрались на выступы обледенелого камня и сверху увидели гусей.

Полынья сделалась с лесную кулижку величиной. Там, где вода выбуривала тугим змеиным клубком и кипела так, словно ее подогревали снизу громадным костром, еще оставалось темное, яростное окно. И в этом окне металась по кругу ошалевшая, усталая и голодная стайка гусей. Чуть впереди плавала дородная гусыня и время от времени тревожно вскрикивала, подплывала к хрупкому припаю, врезалась в него грудью, пытаясь выбраться на лед и вывести весь табун.

Мне и прежде доводилось видеть плывущих среди льдин гусей. Где-то в верховьях Енисея они жили себе, жировали и делались беспечны так, что и ночевать оставались на реке. Кончалось это тем, что ночью их, сонных, оттирало от берега настывшим закрайком, подхватывало шугой, выталкивало на течение, к утру они уже оказывались невесть где и в конце концов вмерзали в лед или выползали на него и мучительно погибали на морозе.

А эти все еще боролись. Их подбрасывало на волнах, разметывало в стороны, будто белый пух, и тогда мать вскрикивала коротко, властно. И мы понимали это так: "Быть всем вместе! Держаться ближе ко мне!"

Внезапно одного голошеего гуся отделило течением от стайки, подхватило и понесло к краю полыньи. Он поворачивался навстречу струе грудью, пытался одолеть течение, но его тащило и тащило, и когда пригнало ко льду, он закричал отчаянно о помощи. Мать бросилась на крик, ударяя крыльями по воде, но молодого гуся притиснуло ко льду, свалило на бок, и, мелькнув беленькой бумажкой под припаем, словно под стеклом, он исчез навсегда.

Гусыня кричала долго и с таким, душу рвущим, горьким отчаянием, что коробило спины.

Пропадут гуси. Все пропадут. Спасти бы их, - сказал мой двоюродный брат Кеша.

Мы задумались. Ребятишки-ребятишки, но понимали, что с Енисеем шутить нельзя, к полынье подобраться невозможно. Обломится припай - мигнуть не успеешь, как очутишься подо льдом, и закрутит, будто того гуся - ищи-свищи.

И вдруг разом, как это бывает у ребятишек, мы заспорили. Одни настаивали - подбираться к полынье ползком. Другие - держать друг дружку за ноги и так двигаться. Третьи предлагали позвать охотников и пристрелить гусей, чтобы не мучились. Кто-то из левонтьевских парней советовал просто подождать - гуси сами выйдут на лед, выжмет их из полыньи морозом.

Мы спустились с быка и очутились на берегу возле домов известкарей. Много лет мои односельчане занимались нехитрым и тяжелым промыслом - выжигали известку из камня. Камень добывали на речке Караулке, в телегах и на тачках возили в устье речки, где образовался поселок и поныне называющийся известковым, хотя известку здесь давно уже не выжигают. Сюда, в устье Караулки, сплавлялись и плоты, которые потом распиливались на длинные поленья - бадоги. Какой-то залетный, говорливый, разбитной, гулеванистый народ обретался "на известке", какие-то уполномоченные грамотеи "опра", "торгхоза", "местпрома", "сельупра", "главнедра" грозились всех эксплуататоров завалить самолучшей и самой дешевой известкой, жилища трудового человечества сделать белыми и чистыми. Не знаю, предпринимательством ли своим, умно ли организованным трудом, размахом ли бурной торговли, но известкари наши одолели-таки частника, с рынка его выдавили на самый край базара, чтобы не пылило шибко. До недавних считай что дней властвовала торговая точка на красноярском базаре, сбитая из теса, на которой вызывающе большая красовалась вывеска, свидетельствующая о том, что здесь дни и ночи, кроме понедельника, в любом количестве отпускается, не продается - продает частник-шкуродер, тут предприятие - вот им-то, предприятием, не продается, а отпускается продукция Овсянского из-го з-да. Со временем, правда, вывеску так запорошило белым, что никакие слова не угадывались, но торговая точка всей нашей округе была так известна, что, коли требовалось кому чего пояснить, наши односельчане весь отсчет вели от своего торгового заведения, для них в городе домов и магазинов главнее не было. "А как пойдешь от нашего ларька, дак на праву руку мост через Качу…", "От нашего ларька в гору подымесся, тут тебе и почта, и нивермаг, и тиятр недалеко…"

Возле большого штабеля бревен, гулко охая, бил деревянной колотушкой Мишка Коршуков, забивая сухой березовый клин в распиленный сутунок , чтобы расколоть его на поленья - бадоги. Вообще-то он был, конечно, Михаил, вполне взрослый человек, но так уж все его звали на селе - Мишка и Мишка. Он нарядно и даже модно одевался, пил вино не пьянея, играл на любой гармошке, даже с хроматическим строем, слух шел - шибко портил девок. Как можно испортить живого человека - я узнал не сразу, думал, что Мишка их заколдовывает и они помешанные делаются, что, в общем-то, оказалось недалеко от истины - однажды этот самый Мишка на спор перешел Енисей во время ледохода, и с тех пор на него махнули рукой - отчаянная головушка!

Что за шум, а драки нету? - спросил Мишка, опуская деревянную колотушку. В его черных глазах искрились удаль и смех, на носу и на груди блестел пот, весь он был в пленках бересты, кучерявая цыганская башка сделалась седой от пленок, опилок и щепы.

Мы рассказали Мишке про гусей. Он радушным жестом указал нам на поленья. Когда мы расселись и сосредоточенно замолкли, Мишка снял шапку, потряс чубом, выбивая из него древесные отходы, вынул папироску, постучал ею в ноготь - после получки дня три-четыре Мишка курил только дорогие папиросы, угощая ими всех без разбору, все остальное время стрелял курево - прижег папироску, выпустил клуб дыма, проводил его взглядом и заявил:

Погибнут гуси. Надо им, братва, помочь.

Нам сразу стало легче. Мишка сообразит! Докурив папироску, Мишка скомандовал нам следовать за ним, и мы побежали на угор , где строился барак.

Всем взять по длинной доске!

Ну, конечно же, конечно! - ликовали парнишки. - Как это мы не догадались?

И вот мы бросаем доски, ползем меж торосов к припою. Под козырьком льдин местами еще холодеют оконца воды, но мы стараемся не глядеть туда.

Мишка сзади нас. Ему нельзя на доску - он тяжелый. Когда заканчивается тесина, он просовывает нам другую, мы кладем ее и снова ползком вперед.

Стоп! - скомандовал Мишка. - Теперь надо одному. Кто тут полегче? - Он обмерил всех парней взглядом, и его глаза остановились на мне, вытрясенном лихорадкой. - Сымай шубенку! - я покорно расстегивал пуговицы, мне хотелось закричать, убежать, потому что уж очень страшно ползти дальше. Мишка ждал, стоя на тесине, по которой я уже прополз, и наготове держал другую, длинную, белую, гибкую. Я опустился на нее животом и сквозь рубаху почувствовал, какая она горячая, а под горячим-то трещит лед, а подо льдом: "Господи! Миленький! Спаси и помилуй люди Твоя… - пытался я вспомнить бабушкину молитву… - Даруя… сохраняя крестом Твоим… Даруя… сохраняя… достояние…" - заклинал и молил я.